27.09 €
27.09 €
Доставим:
6 июля
Под заказ
Дьявол во плоти. Бал у графа д'Оржеля
Два романа, два шедевра Реймона Радиге, гения, умершего в 20 лет и оставившего яркий след во французской литературе начала XX века.
Я горел, я спешил, словно люди, знающие, что должны умереть молодыми, и потому живущие взахлеб, - эти провидческие слова Реймон Радиге вложил в уста героя Дьявола во плоти, а получилось о себе самом. Судьба не дала ему времени на раскачку, на черновик. Радиге умер в 20 лет, успев за свою короткую жизнь очень многое: два великолепных романа, стихи, пьесы, либретто опер, журнальные статьи, акварельные иллюстрации к собственным стихам…
В сборнике представлены два романа: Дьявол во плоти и Бал у графа д'Оржеля.
Дьявол во плоти - пронзительный роман о юношеской любви со всем ее эгоизмом, крайностями, жестокостями: дерзкие чувства, изложенные на страницах школьной тетрадки в клеточку. Самая пронзительная, возможно, единственная по-настоящему честная книга о юности, написанная фактически ребенком.
Бал у графа д'Оржеля вышел уже после смерти автора и был подготовлен к печати Жаном Кокто, отмечавшим в предисловии: Двадцатилетний юноша написал книгу, которую невозможно написать в двадцатилетнем возрасте.
Я горел, я спешил, словно люди, знающие, что должны умереть молодыми, и потому живущие взахлеб, - эти провидческие слова Реймон Радиге вложил в уста героя Дьявола во плоти, а получилось о себе самом. Судьба не дала ему времени на раскачку, на черновик. Радиге умер в 20 лет, успев за свою короткую жизнь очень многое: два великолепных романа, стихи, пьесы, либретто опер, журнальные статьи, акварельные иллюстрации к собственным стихам…
В сборнике представлены два романа: Дьявол во плоти и Бал у графа д'Оржеля.
Дьявол во плоти - пронзительный роман о юношеской любви со всем ее эгоизмом, крайностями, жестокостями: дерзкие чувства, изложенные на страницах школьной тетрадки в клеточку. Самая пронзительная, возможно, единственная по-настоящему честная книга о юности, написанная фактически ребенком.
Бал у графа д'Оржеля вышел уже после смерти автора и был подготовлен к печати Жаном Кокто, отмечавшим в предисловии: Двадцатилетний юноша написал книгу, которую невозможно написать в двадцатилетнем возрасте.